В прошлом году у меня была важная веха — я вылечился от депрессии, которой страдал 4 года.
После этого жизнь стала становиться гораздо лучше. Стали появляться какие-то социальные связи, увеличился спрос на меня в профессиональной области.
Но у меня осталась фоновая тревожность. Она то исчезает, то возвращается, иногда становится сильней, иногда меньше. И когда тревожность повышается, у меня расстраивается сон.
Эта тревога, по сути, про две вещи…
Во-первых, про финансы.
Я помню времена, когда у меня была огромная подушка безопасности, и я вообще не переживал о том, что может случиться в мире, на работе или со мной.
Сейчас у меня такой подушки нету. И я постоянно тревожусь о завтрашнем дне: а вдруг что случится? А вдруг у меня пропадет работа? Я постоянно строю в голове гипотетические ситуации провала, от которых мне тревожно.
Во-вторых, страх, что вернется депрессия.
Это был ужасный период моей жизни. И теперь каждый раз, когда у меня просто плохое настроение, я пугаюсь, потому что думаю: «А вдруг это признак возвращения депрессии?».
Понятно, что я пытаюсь избавиться от этой тревожности. Пытаюсь вернуть медитативные практики, спорт, наладить сон.
И вот в процессе этого, а еще в процессе бесед с близкими про их уровни стресса и переживаний, я задумался: а насколько вообще адекватно это стремление к спокойствию?
Не является ли это стремление к бесконечному покою как раз-таки причиной тревоги?
Может быть, если мы приняли бы, что мир изменчив и непредсказуем, это убрало бы тревогу? Мы бы просто научились адаптироваться к этой изменчивости.
Вот отсюда и родилась эта заметка.
Биология против спокойствия
Вообще, если посмотреть на биологию, то идея «абсолютного спокойствия» выглядит немного странно. Даже опасно.
Стресс — это ведь не ошибка системы, не баг.
Это инструмент выживания.
Адреналин, кортизол — вся эта химия нужна не для того, чтобы мы страдали, а чтобы мы могли собраться и что-то сделать. Чтобы убежать, напасть или решить сложную задачу.
Мне кажется, полное спокойствие — это, по сути, состояние трупа.
Только мертвые абсолютно спокойны, их ничего не волнует, у них ноль реакции. А живая система обязана реагировать на внешнюю среду. Эволюция не для того миллионы лет нас полировала, чтобы мы сидели и игнорировали реальность. Живой человек — это всегда динамика.
Проблема в том, что у нас тут происходит подмена понятий.
Мы часто путаем «спокойствие» (когда у тебя вообще нет эмоций) с «отсутствием истерики». Это разные вещи.
Одно дело — биться в панике и терять контроль. И совсем другое — чувствовать напряжение, когда ситуация того требует. Хотеть полного отсутствия переживаний — это хотеть перестать быть живым.
Откуда взялся этот культ спокойствия?
Ловко нам эту идею продали. Это гениальная упаковка продукта.
Во-первых, тревогу превратили в товар.
Рынок понял, что продавать «спокойствие» выгоднее, чем учить людей жить с реальностью.
Это огромная индустрия: приложения для медитации, курсы, ретриты. Чтобы продать таблетку, нужно сначала убедить человека, что он болен «недостатком дзена».
Спокойствие стало продуктом, который нужно купить.
Во-вторых, это очень удобно компаниям.
Заметили, как эта тема стала популярной в бизнесе?
Это идеальный способ переложить ответственность. Если ты выгорел, работая по 14 часов, тебе говорят: «Это не потому, что мы тебя выжали, а потому что ты недостаточно осознан. Иди подыши».
Получается, виновата не система, а ты сам — просто «плохо расслабляешься».
В-третьих, это иллюзия контроля.
Мы живем в мире, где мы мало на что влияем — курсы валют, геополитика, кризисы. Идея «внутреннего спокойствия» — это такой суррогат. Мол, если я не могу управлять миром, я буду управлять своим дыханием.
Это продается как спасение, но по факту это просто попытка создать островок безопасности в голове, раз снаружи не получается.
Ну и конечно, токсичная позитивность.
Нам навязали идею, что «нормальное» состояние — это вечный позитив. А если ты «не в ресурсе», если тебе страшно или грустно — значит, с тобой что-то не так. Тебе становится стыдно за свои естественные эмоции. Хотя биологически быть иногда «не в ресурсе» — это абсолютно нормально.
Техника безопасности
Тут я хочу сделать важную оговорку. Чтобы меня правильно поняли.
Я ни в коем случае не говорю, что не надо отдыхать. Спать, гулять, разгружать голову, просто валяться — это жизненно необходимо. Это физиология. Без восстановления мы просто загнемся.
Ловушка в другом.
Проблема не в отдыхе, а вот в этой ментальной установке: «Я не должен нервничать, когда вокруг штормит».
Отдыхать — обязательно. А вот требовать от себя полного безразличия и отсутствия эмоций в кризис — это уже опасно. Это создает внутренний конфликт: тебе страшно, а ты запрещаешь себе бояться, потому что «надо быть спокойным».
Что я сейчас пытаюсь с этим делать
Это не какая-то готовая инструкция и уж точно не «успешный успех». Это скорее мысли, к которым я стараюсь возвращаться, когда меня накрывает. Получается с переменным успехом, но вектор мне кажется правильным.
Вот что я пробую внедрять…
Легализовать право на «психа».
Пытаюсь разрешить себе испытывать тревогу и злость. Как только ловлю себя на мысли «мне страшно», стараюсь говорить себе: «Окей, это нормально, ситуация реально сложная».
Это помогает убрать хотя бы стресс второго порядка — когда ты нервничаешь из-за того, что нервничаешь.
Бояться — нормально.
Бояться за финансы, когда у тебя нет подушки — это адекватно. Бояться рецидива депрессии — тоже нормально.
Это просто значит, что я очень ценю свое текущее состояние и боюсь его потерять.
Сменить установку.
Я понял, что мерил себя не той линейкой. Если ставить целью «Спокойствие 100%», то я всегда буду в минусе. Поэтому я пробую ориентироваться на другую метрику — функциональность. Вместо «Я хочу быть спокойным» я стараюсь говорить себе: «Я хочу быть функциональным и устойчивым».
Вопрос не в том, трясутся ли у меня руки, а в том, могу ли я продолжать делать дело.
Включать наблюдателя.
Мне нравится метафора, что я — это небо, а эмоции — это погода. Погода меняется: то ураган, то солнце. Но небо от этого не исчезает. Стараюсь (хоть это и сложно) смотреть на свою тревогу со стороны, как наблюдатель, а не сливаться с ней.
«Окей, я вижу свою тревогу, я понимаю её причину, но я продолжаю действовать».
Использовать эту энергию.
Спокойствие — это низкая энергия. А тревога и злость — это топливо, просто очень "грязное". Я стараюсь не гасить эту энергию, а перенаправлять её в работу. Злюсь? Сажусь делать сложную задачу. Боюсь? Использую эту паранойю, чтобы лишний раз проверить цифры в проекте.
Как часто у меня это реально получается?
Если честно — редко. Но тут работает простая математика: чем больше попыток, тем выше процент удач.
Самое сложное — это, конечно, сублимация. Использовать тревогу как топливо... ну, это звучит красиво, а на деле получается дай бог один раз из десяти.
В остальных случаях меня просто выносит. Но я продолжаю пробовать.
Про сравнение с другими
Ещё одна немаловажная причина стресса и тревоги — это сравнение себя с окружающими.
Вот возьмём даже меня.
Буквально вчера в разговоре с подругой она мне сказала, что я выгляжу всегда спокойным и собранным. И она не первая, кто мне такое говорит.
Соответственно, люди смотрят на меня, видят, что я «собранный», думают, что они — нет, и от этого фрустрируются. Но они не понимают, что мой внешний вид совершенно не говорит о том, что происходит у меня внутри.
Мы вообще никогда не знаем, что происходит с человеком, когда мы смотрим на него снаружи.
Это не говоря уже о том, что в целом сравнение себя с кем-либо совершенно непродуктивно и бессмысленно.
В общем, к чему я это всё
Мне кажется, надо просто привыкнуть, что всё вокруг постоянно меняется. Мы не можем это остановить — ни события, ни проблемы с деньгами, ни скачки настроения. Мы можем только пробовать как-то в этом балансировать.
И да, эту заметку я написал во время тревожной бессонницы.